«Пожалуй, напишу тебе письмо…»

А, собственно, про что этот неугомонный Олег ИВАНОВ, прервавший более чем 20‑летнее поэтическое молчание, которое, как казалось с годами, уже навсегда? Про любовь. И не надо зубоскалить. Да, любят — многие (или немногие?), ­что-то пишут о своей любви. Но у большинства выходят общие слова. Проще говоря, они ничтоже сумняшеся плодят пошлость. В сущности, добровольно заживо хоронят переполняющее их чувство, зарывая то в безнадежно мертвых словах, из которых слагается их очередное лирическое безобразие. А еще Иванов — про тончайший аромат смысловых оттенков, источаемый сочной образностью. И про явленную здесь и сейчас подлинность. Разумеется, Иванов — про себя, но при этом каждого из нас. Что в случае с этим и другими стихотворцами лишь подтверждает безусловный статус поэта. Весьма редкий во все времена. Поэта по призванию, поэта Божией милостью.


Произведения публикуются в авторской редакции.

***

С чем же сравнить твои руки?

Быть может, с музыкой?

Стройную шею и рыжие пряди —

с пламенем?

Взгляд твой сравнить ли с пожаром,

в ночи бушующим,

На расстоянии

в пепел меня сжигающим?

Может, сравнить тебя

с ветра белыми крыльями?

Даже пусть путь мой

уже обречен заранее, —

Я не боюсь и лечу,

как ветром предсказано.

Как ты направишь полет мой —

в небо ль, о камни ли?

Слово бессильно,

когда описать я пробую

То, как к плечам твоим

солнечный лучик ластится.

Как к подбородку

от губ твоих влаги капелька

Яркая и такая желанная катится.

Стан твой из неба и света

Господь вылепив,

Мне повелел: «Воспой его!».

И не ведаю:

Кара моя ты или мое спасение,

Господа иль души своей зову следую?

***

Пожалуй, напишу тебе письмо.

О том, что дверь открыта, как всегда,

О том, что тучи, скрывшие закат,

Всего лишь непогода. Не беда.

О том, что я тебе, как прежде, рад,

И так же просто руку протяну.

О том, что я не кину, не продам.

И не оставлю

Никогда

Одну…

***

Не бойся.

Двери открыты,

В камине горит огонь,

Щекочет искрами пятки

Бегущему в небо дыму…

Не бойся.

Грозы — прошли,

И дождь, что стучит по крыше, —

Обычный весенний дождь…

Не бойся.

Осеннюю стынь

Давно унесли ручьи,

Сбежав из-под рыхлого снега…

Не бойся.

Озябшие руки

Согреют тепло очага

И кружка горячего грога…

***

Он придет. Когда позовешь…

Просто чтобы руку подать.

Просто чтобы рядом побыть.

Ни о чем с тобой поболтать.

Он придет… А ты — позовешь?

Он ведь может и дольше ждать.

Просто рядом с тобою сесть

На холодный пол. И молчать…

Выпить кофе. Или коньяк.

Или горький от горя спирт.

Он придет, конечно, придет.

Если он еще не забыт…

***

А вечером домой — никто не ждал.

Не падал дождь, листва не шелестела.

Свеча, забытая на праздничном столе,

Истаяла, исплакалась, истлела…

Холодных улиц морось позвала,

Укрыла тишиною… Обманула…

И ни одна единая душа

Бродячей кошкою к колену не прильнула.

И нас таких, возможно, миллион.

А может, больше, кто там посчитает,

Пока забытая на скатерти свеча

Дрожит и тает…

***

Мне не больно, не больно. Ветер

Обрывает с тополя листья

И кружит в предзакатном вальсе,

И поет о ­чем-то нездешнем.

Мне не больно. И запад неба

Между туч укрылся багрянцем,

Предвкушая август и звезды,

Приглашая на небо месяц.

Мне не больно, ты слышишь? Море

Ч­то-то шепчет песку сухому,

Ч­то-то шепчет мне, словно в детстве,

И волнуется по привычке.

Прикурю, затянусь — до боли,

Словно свежим осенним бризом,

Обжигаясь, жадно и ярко,

Словно в губы тебя целуя.

Шаг за шагом скользят аллеи,

Серебром прорастут тропинки,

Уходящие в ночь дороги

Одевая в призрачный морок.

Мне не больно… Не больно! Ровно

Забиваю шагами в камни,

Забиваю словами в память,

Повторяя, что мне — не больно…

***

Твоя свеча пока еще горит,

Холодными слезами не застыла.

Дрожащий отсвет, павший на порог,

Судьба ночным туманом не укрыла,

Окно открыто. Не звучат шаги,

И птиц ночных затихла перекличка.

Горит свеча… Последняя… Ее

Зажгла последняя оставшаяся спичка…

***

Я — Дождь. Я — Осень. Мне нельзя остаться.

Нельзя к ­кому-то просто привязаться,

Нельзя тебя с цветами дожидаться.

Нельзя коснуться прядей непокорных —

И растрепать. Нельзя с отрогов горных

Гонять ветрами стаи туч проворных

И белых… Средь дубов замшелых

Мне не плясать, когда царит Купала.

Мне многое дано и слишком мало…

Всего б на краткий миг к тебе прижаться!

Я — Дождь. Я — Осень. Мне нельзя остаться…

***

Дождь отплачет по потерянному раю.

А от края и до края небосвода

Укрывает землю мокрым одеялом

Непогода.

То ли было, то ли просто показалось:

Снилось, будто ты мне снова улыбнулась.

Но от края и до края небосвода

Серой ватой непогода протянулась…

Может быть, твоя улыбка не приснилась.

Может, снова в сказку жизнь переметнулась?

Может, сон?..

От края и до края

Это небо непогодой затянулось…

***

Если хотя бы на миг

Я был тебе ­как-то дорог,

Если услышишь крик,

Или, развеяв морок,

Мимо тебя скользнет

Чуждый залетный ветер,

Имя мое шепнет,

Дождем на окнах отметит,

В мутных огнях дорог

И придорожных гостиниц,

В театрах, в кино — везде,

Где вспенен людской зверинец,

Где, падая, рвешься ввысь…

Умоляю,

Прошу:

Не снись.

***

Видите? Ветер

В небе окно распахнул

Солнцу заката.

***

Падают звезды.

Это ранняя осень

Плачет о лете…

***

Кажется, пора…

Брошу лишь взгляд на закат.

Запах сирени…

***

Мокнет щека. Дождь.

Ветер скользит по крышам,

Раскинув руки…

***

Опять ни строчки. Тишина. И я

Уже почти сроднился с тишиною:

Она моим становится крылом

И мною…

Опять ни звука. Не дрожит струна,

Аккордом звезд луна не заиграет,

Ночная дымка пахнет сентябрем

И тает…

И я уже почти совсем забыл,

Зачем свечу от ветра укрываю.

И для кого ее опять зажег, —

Не знаю…

***

Слушаю танго, и рвется

Мир, так небрежно сшитый,

Сшитый по старым шрамам,

Горечи и обидам.

Слушаю танго, и рвется,

Рвется душа из тела,

Та, что как птица пела,

Ярко в ночи горела.

Слушаю танго, и сердце,

Сердце стучит о небо,

Неба грудную клетку —

Прутья взломать и взвиться,

В небыль ворваться птицей.

Слушаю танго, и миру,

Сшитому из осколков,

Сшитому из надежды,

Снова любовь приснится,

Снова приснится вечность,

Снова приснится пламя,

Пламя, в котором сердце

Ярко в ночи сгорало…

***

Поэты не умирают.

Они просто внезапно кончаются.

О грязный асфальт проспектов

Белый мелок стирается.

В мареве смога воздушный

Шарик, сорвавшись, тает.

Ч­то-то им дальше будет?

Да кто его там знает…

***

Знаешь, порою грустно.

До осени — полшага.

Скоро по окнам — морось,

На впалых щеках — влага.

Скоро придут туманы,

Явится дождь-­бродяга.

Знаешь, порой так больно!

Только память — не плачет.

Память, увы, безмолвна.

Мне отдуваться, значит.

Снова без спроса тени

Свой начинают танец.

Г­де-то за кругом света

Крылья шуршат: посланец

Ч­ей-то явился… Впрочем,

Он подождет. Я знаю.

Он подождет, покуда

Я не поставил точку

И недовывел строчку,

И недоверил в слово.

Он подождет, и снова —

Строкам, как сердцу, биться,

Чтобы молчать…

А знаешь,

Ты продолжаешь

Сниться…

***

Среди зеркал, кривых и запыленных,

Мерцает огонек моей души —

Средь миражей, стихов мертворожденных

И лжи…

А я живу и терпкий мед поэтов

Цежу меж серебристых тонких строк,

Не торопясь, ведь каждому напитку —

Свой срок…


Подборку подготовил Олег СЕРГЕЕВ.

Фото Анастасии Губиной.

Опубликовано в газете «Евпаторийская здравница» 34(19584) от 1.09.2023 г.






Актуальные новости


Налоговые изменения для бизнеса
Совершенствование налоговой системы
График плановых отключений на июнь 2024г.

ГУП РК «Крымэнерго» сообщает о том, что в связи с плановым ремонтом электрооборудования в июне 2024г. в период с 8 до 17 часов будут происходить отключения линий электропередачи согласно нижеприведенному графику.

Батарейка, сдавайся!

Вы знаете, почему важно правильно утилизировать отработанные элементы питания? «ЕЗ» расскажет не только об этом.

Телефоны горячих линий Правительства Республики Крым по вопросам распространения, лечения и профилактики коронавирусной инфекции






Рубрики новостей