Владимир Высоцкий: возвращение в Евпаторию

1Нам пора привыкнуть, признать и принять: поэты (не «подмастерья», конечно, а те, что с большой буквы Мастера) — всегда пророки. Вот знают они, что с ними станется после земной жизни, — и все тут! И ничего с этим не поделаешь… Вот и Владимир Высоцкий — знал. Потому написал однажды: «Я, конечно, вернусь — весь в друзьях и в мечтах. Я, конечно, спою — не пройдет и полгода…»

Жизнь после жизни

И возвращение началось с момента физической смерти. С момента, когда недопетая поэтом страна начала ежегодно отмечать его дни рождения. Не постфактум. В реальном, нынешнем времени. В сознании населения имя его ну никак не вязалось с глаголом «был». Гамлет не выбрал «to be or not to be». Поэтому он есть — ​краеугольный камень многих судеб, характеров, поступков.

В отличие от Державина и Пушкина, Владимир Высоцкий, предсказывая стихотворением «Памятник» грядущее заточение собственной вольной натуры в десятки «крепко сбитых, литых монументов», относился к подобной перспективе крайне отрицательно, с недоумением, обидой даже: «Неужели такой я вам нужен после смерти?!» Однако такова, видать, душевная потребность нашего народа: даже в городах, где Владимир Семенович никогда не бывал, один за другим появляются изваяния его неброской, но ладной фигуры, бюсты, барельефы и горельефы с такими знакомыми чертами лица, словно вытесанными природой под мрамор…

Несколько лет назад, накануне семидесятилетия со дня рождения «всенародного Володи», изъявили желание увековечить память о поэте и его почитатели в горсовете столицы Крыма. Любители бардовской песни предложили установить в Симферополе памятник Высоцкому и присвоить его имя одной из новых улиц города. Правда, инициативу одних депутатов тогда нивелировало сопротивление других. «Если этот памятник будет достойный, то его, может быть, и нужно ставить. Но опять возникает вопрос: Высоцкий и Симферополь. Известен факт, когда Высоцкий воспел Евпаторийский десант. На мой взгляд, было бы уместнее поставить ему памятник в Евпатории. А вот о Симферополе и Высоцком я как историк ничего сказать не могу», — ​отметил тогдашний заместитель председателя рескома по охране культурного наследия Крыма Вячеслав Зарубин.

Действительно, Евпатории в данном вопросе, как говорится, все карты в руки. И не только потому, что знаменитая ныне песня Владимира Высоцкого «Черные бушлаты» написана об отважном и трагическом нашем десанте. И совсем не потому, что в детской поэме Высоцкого «Вступительное слово про Витьку Кораблева и друга закадычного — ​Ваню Дыховичного» упоминается название нашего детского курорта.

2

«Вот-вот приедет сам Высоцкий!..»

…В конце лета 1972 года, когда режиссер-постановщик Иосиф Хейфиц снимал в Евпатории трагическую мелодраму по повести А.П. Чехова «Дуэль», в городе царил ажиотаж.

Сергей Жолудев, член съемочной группы, рассказывает: «В 1972 году за моими плечами остался Ленинградский кинотехникум, и все лето я после практики проработал осветителем на «Ленфильме». В июле—августе попал в бригаду, работавшую на фильме «Плохой хороший человек». Съемочная группа была представительной. Актеры — ​самые известные и популярные: А. Папанов, О. Даль… Но самое поразительное — ​в одной из центральных ролей занят Владимир Высоцкий!

3

В последних числах августа мы отправились в экспедицию — ​нас ждала Евпатория. Съемки проходили в кривых улочках старого города, уставленных мазанками. Гуляя по ним в свободное от съемок время, мы постоянно слышали от местных жителей, что в Евпаторию вот-вот приедет «сам Высоцкий» и что весь город жаждет увидеть его. И действительно, первый приезд Владимира Семеновича на съемки собрал невероятное количество народа, в первую очередь молодежи. В тот день снимался проход фон Корена вдоль улицы, когда он свистом подзывал к себе собак и со словами: «Пошли ужинать!» нагибался приласкать одну из дворняг. Для съемки использовали бродячих собак, по счастью, имевшихся в Евпатории во множестве. Их гнали за Высоцким вдоль улочки то в одну, то в другую сторону, снимая дубль за дублем. Загонщики сбивались с ног, собаки метались с оглушительным лаем, не в силах уловить смысл происходящего…

Некоторые сцены снимались за городом, например, в декорации «Духан на пляже», построенной невдалеке от памятника Евпаторийскому десанту, которому Высоцкий вскоре посвятил песню.

4

А в те дни он снимался в эпизоде с гантелями на берегу моря. И вот как-то раз от причала, расположенного у памятника, отошел небольшой прогулочный теплоход. Уходя от берега, он немного забирал в нашу сторону. Внезапно над тихим сияющим морем загремел голос Высоцкого — ​это на судне, узнав о его присутствии на берегу, на всю катушку врубили трансляцию. Наша группа невольно замерла. Высыпавшие на палубу пассажиры всматривались в берег, пытаясь разглядеть фигуру певца. Они размахивали руками, приветствуя его, а затем и теплоход дал три протяжных гудка, салютуя Высоцкому. До сих пор сдержанный, тот улыбнулся и помахал рукой уходящему с его песнями кораблю… А вскоре, в конце октября, нашу бригаду в связи с окончанием натурных съемок перебросили в Ялту на другую картину. «Плохой хороший человек» доснимался там же, но — ​в декабре и без нас».

Впечатляющий эпизод пересказывает и режиссер, сценарист, народный артист России Евгений Татарский: «Хорошо помню последнюю съемку в Евпатории, в татарском квартале возле рыбзавода. Маленькая, узенькая улочка, а со всех этажей завода свесились девочки и мальчики в белых халатах. Как обычно — ​когда идет съемка, всегда собирается толпа. Надо сказать, что поскольку я Володю знал давно, то никогда всеобщего ажиотажа вокруг него не разделял и довольно криво улыбался, глядя на все это. Я даже не ожидал, честно говоря, такой популярности.

Съемка закончилась поздно, уже темнело. В этот вечер мы уезжали в Симферополь, чтобы оттуда перелететь в Гагры — ​в Адлер. Может быть, уже уложили чемоданы, такое у меня осталось ощущение. Наконец: «Стоп! Все! Закончили!» — ​и тут выскакивают какие-то девушки и мужики, несут три огромных ящика рыбы. Такой рыбы я ни до, ни после не видел. Громадные лососи (на самом деле они назывались «кефаль копченая») складывались у ног Высоцкого. Не помню, как к нему обращались: «товарищ Высоцкий», «Владимир Семенович» или «Володя» — ​а может быть, никак, может, в третьем лице, — ​но помню совершенно умиленные лица этих девочек и ящики у его ног: «Это вам!» Он смутился: «Да что вы? Да куда же, как же?!» И к нам: «Ребята, вы это все забирайте с собой в Пицунду. Я потом приеду, тоже попробую». Это были необыкновенные рыбины, которые мы не могли съесть в течение полутора месяцев нашей экспедиции в Гаграх. Мы жили там вчетвером в домике на самом берегу, и рыбины были распиханы по всем холодильникам. Когда приезжал Володя или кто-то еще, всегда собирались у нас на громадной веранде, где стояла плита, на которой мы всячески кулинарно изощрялись. Объявили конкурс на лучшую яичницу, придумали 40–50 сортов — ​дальше этого фантазия не могла пойти. А больше ничего не было: только яйца и эти громадные кефали. Под водку они шли замечательно».

Вспомнить все!

Признаюсь как на духу: вернуть воспоминания об этих мгновениях в современную историю Евпатории автор данных строк пыталась с самой первой своей газетной публикации «Слушая голос Высоцкого», увидевшей свет 2 августа 1988 года.

Смысл ее был незамысловат: «Вспомнить все!» — ​требуют и грядущее, и опыт прошлых веков. Мы знали и любили хорошего актера и оригинального барда, а оказались современниками великого Поэта. И почти вовремя осознали это. Спохватились, призадумались: а почему бы сейчас не помочь литературоведам будущего? Пока живы друзья, враги, дети, любимые и просто случайные встречные, почему бы не зафиксировать с их помощью каждую секунду земного существования того, кто, подобно Пушкину, создавшему стихотворную энциклопедию своего времени, за столь же краткую и яркую, как падение звезды, жизнь сумел сложить в рифмованные строки энциклопедию советского периода России?..

Например, Марк Цыбульский — ​ныне проживающий в США один из авторитетнейших исследователей жизни и творчества Владимира Высоцкого — ​постарался документально отследить все перемещения поэта по всем уголкам планеты. Нашлось место в толстенной книжище «Жизнь и путешествия В. Высоцкого» и полутора страничкам о его пребывании в Евпатории.

О том, что именно в нашем городе были написаны «Черные бушлаты» — ​одна из самых честных песен о Великой Отечественной войне, мы знаем сейчас все. Но сколь же многого не знаем! Где останавливался Высоцкий во время съемок? Как проводил свободные часы? С кем в нашем городе познакомился, встречался, общался? Остались ли у евпаторийцев материальные следы его прогулок по побережью Каламитского залива: записки, автографы, личные вещички? А может, кому-то из земляков посчастливилось поприсутствовать на одном из частенько импровизировавшихся домашних концертов?»

Тогда, сразу, призыв этот остался гласом вопиющего в пустыне. Но шли годы. О мимолетном знакомстве с Владимиром Высоцким рассказал в одном из своих интервью легендарный первый секретарь Евпаторийского горкома Компартии Валентин Васильевич Петунов. О том, как принимал поэта в собственной квартире в Лисичанске, поведал один из самых честных председателей Евпаторийского окружного народного суда — ​Дмитрий Филиппович Лебедев. О юности в школьной компании с ровесником Высоцким и о встрече с ним на улице Москвы в зрелые уже годы вспомнила инженер-строитель Маргарита Геннадьевна Замятина-Макарчева.

Это было здорово! Но немножечко не то… К 25 июля 2007 года я рискнула призыв повторить: «Откликнитесь, очевидцы! Ведь не так много лет утекло — ​всего 35. Ведь вы же ждали с замиранием сердца, предвкушали: «…Вот-вот приедет сам Высоцкий!» Если лень водить карандашом по бумаге, просто позвоните в редакцию, позвольте включить диктофон, расскажите эпизод, сценку, мгновение встречи… Быть может, из ваших воспоминаний и свидетельств сложится маршрут, подобный тем, какими ходили по Евпатории Адам Мицкевич, Леся Украинка, Анна Ахматова, Илья Сельвинский, Борис Балтер… »

«Мы его не потеряли!»

И 25 января 2008 года в публикации «Мы его не потеряли» с огромной радостью констатировала: врач Людмила Крестьянишина неоценимо помогла «сориентироваться на местности», определить, в каком именно евпаторийском доме останавливался Высоцкий.

«Владимир Высоцкий для меня — ​один из ряда великих людей, посещавших в разное время наш горячо любимый город. А еще его имя — ​ассоциации с мгновениями личной памяти, — ​написала в редакцию местной газеты неравнодушная женщина. — ​Вот конец 60-х, молодость, вера в вечную дружбу и любовь. Песню Высоцкого «Если друг оказался вдруг и не друг, и не враг, а так…» мы поем в автобусе, за окнами — ​лес и горы, впереди экскурсия на Чуфут-Кале… Вот возле телефона магнитофон-бобинник, трубка снята, и моя школьная подруга на противоположном конце города вслушивается в грубый с надрывом голос, рвущий наши юные души, и мы мечтаем, и весь мир — ​у наших ног… Кстати, та подруга детства, Фаина Михайловна Подольская, и сейчас самый преданный почитатель Высоцкого. Она работает в библиотеке имени Гагарина, и все прошедшие с той поры годы отмечает день памяти поэта. Сотни ребят побывали на встречах в библиотеке, и, думаю, встречи эти не прошли бесследно: многие современные подростки, дети уже другой реальности, читают стихи Высоцкого наизусть, поют его бессмертные песни.

Столько лет прошло, а память неизменно возвращает меня в один из дней прошлого. Вечером, усталая, пришла домой мама Лидия Федоровна (много лет она работала участковым врачом, теперь я сама почти тридцать лет тружусь на этом же участке) и сказала: «Сегодня я видела Владимира Высоцкого!» У нее был вызов к пожилой больной женщине по фамилии Бибик. В ее доме (с колоннами, на улице Караимской) и останавливался Высоцкий. Мою маму с ним познакомили. Он рассказал, что находится в нашем городе на съемках. Был он очень простым, общительным и не отказал в маминой просьбе: спел несколько песен. Незадолго до смерти мама рассказала эту историю своей внучке (моей дочери). Она очень гордилась, что видела Высоцкого и разговаривала с ним.

Со временем эпизод немного потускнел в памяти. Но прочитала однажды статью «Вот-вот приедет сам Высоцкий!..» — ​и кольнуло в сердце что-то. Сейчас вот еще вспомнила, что Бибик звали Диной, она была хорошей актрисой и вела драматический кружок при Доме культуры. Когда уже я приходила к ней по вызову, она тоже рассказывала, что у нее останавливался Высоцкий, а также называла имена других знаменитых актеров и певцов, которым ей доводилось сдавать жилье. Сейчас очень досадно, что не расспросила ее подробнее о пребывании Высоцкого в нашем городе. И очень хочется, чтобы на фасаде «дома с колоннами», где останавливался Владимир Семенович, появилась бы мемориальная табличка, сообщающая об этом, еще одна достопримечательность нашего города, изюминка туристического маршрута».

«С миру — ​по нитке»?

Тогда-то и зародилась надежда: может, личная полудетская мечта моя установить в Евпатории памятник любимому поэту — ​не утопична? Может, попробовать осуществить проект методом «народной стройки», старым славянским способом «с миру по нитке — ​голому рубашка»?

А потом идею памятника Высоцкому в Евпатории поддержали Александр Кравченко (бывший на тот момент депутатом Верховного Совета АРК) и авторитетнейший краевед Крыма Павел Хорошко.

— Бесспорно, мысль хороша и актуальна. Владимир Высоцкий — ​это человек, который тревожил совесть общества и должен продолжать ее бередить, — ​убежден Павел Гертрудович. — ​Я, как и люди моего поколения, много слушал его магнитофонные записи, смотрел фильмы с его участием, мне не раз повезло попасть на спектакли, в которых он играл. И очень хочется, чтобы новые поколения его знали, постоянно слушали его, возвращались к нему, обращались. Потому что Высоцкий — ​это антология советской жизни. В его песнях она вся — ​от полюса плюс до полюса минус, от белого до черного, от Тихого океана до Балтики. В них — ​не скорректированные в угоду политике судьбы заключенных ГУЛАГа и фронтовиков, романтическая любовь… Каждый из нас не раз и не два сам переживал сюжеты стихов этого, безусловно, талантливейшего из поэтов второй половины XX века. А какие яркие воспоминания — ​его немногочисленные, к сожалению, роли в кино.

Снятый по повести Чехова «Дуэль» фильм «Плохой хороший человек», из-за которого Владимир Высоцкий очутился в нашей маленькой Евпатории, — ​тоже, на мой взгляд, заметное явление кинематографа. Очень интересная картина, к ней хочется периодически возвращаться, а для молодежи подобные вещи вообще — ​новое прочтение своей истории. Эмоциональное и художественное.

Но главное для евпаторийцев даже не это. Несмотря на то, что шли съемки, график работы был очень напряженным, поэт нашел время прикоснуться к истории Великой Отечественной в нашем городе, прочитать и переосмыслить одну из страниц той войны — о втором, трагическом, евпаторийском десанте. И родилась одна из лучших военных песен Высоцкого — ​«Черные бушлаты». Можно, наверное, сказать так: если сам Высоцкий — ​знаковая фигура нашей Родины, которой больше нет, то это стихотворение — ​знаковый момент памяти о нашем десанте. Особенно для морской пехоты Черноморского флота. Это песня, которую поют, как говорится, «и в строю, и под гитару». К теме Евпаторийского десанта мы будем еще возвращаться не раз.

5

Весьма важный, на мой взгляд, аргумент в пользу того, чтобы отметить дом с колоннами на улице Караимской памятным знаком, связанным с именем любимого народом поэта, это то, что он находится на туристическом маршруте «Малый Иерусалим». Я считаю, что необходимо максимально наполнить маршрут «Малый Иерусалим» духовностью, особым нравственным содержанием.

Каким должен быть знак? Просто мемориальная доска, барельеф, малая архитектурная форма? Однозначно он должен быть ярким, привлекающим внимание людей. Нашим скульпторам — ​простор для фантазии. За основу лично я бы взял барельеф Маяковского, что на Доме офицеров в Симферополе. Блестящее решение — ​в небольшой по размерам форме максимально выражена личность. Великолепно! А учитывая поток туристов по улице Караимской, хотелось бы, чтобы этот памятный знак поток притормаживал, чтобы люди захотели сфотографироваться около него, постоять, подумать и о том, почему Евпатория была и остается столь притягательной для поэтов, перебрать-посмаковать имена: Адам Мицкевич, Леся Украинка, Анна Ахматова, Николай Гумилев, Николай Островский, Владимир Маяковский, Владимир Высоцкий… У меня в воображении, например, возникает такое видение: на минимальном постаменте фигура в натуральный рост Высоцкого, будто выходящего со двора «дома с колоннами». И на стене непременно — ​доска с аннотацией, из достаточно долговечного материала.

Положительно восприняли идею памятника Высоцкому и участники семинара экскурсоводов, на котором данная мысль, собственно, и была впервые обнародована. Как раз была лекция по охране памятников, и специалист рескома Надежда Павленкова между делом — ​докладом о памятниках Караимской улицы — ​привела и один красноречивый, на мой взгляд, факт. Она фотографировала для документов «дом с колоннами», когда к ней подошел уже очень почтенного возраста дедушка. «Что, — ​спрашивает, — ​дом Высоцкого снимаете?» Н. Павленкова, конечно, заинтересовалась: «А вы помните его здесь пребывание?» «Так вся округа помнит, — ​последовал ответ. — ​И дом этот мы давно так называем. Надо бы увековечить как-то…»

Аудитория семинара тут же одобрительно загудела, каждый пытался добавить какой-то свой штрих в идею, свой довод «за». Не исключено, что где-то у кого-то из поколения старых фотографов есть и снимки, запечатлевшие Высоцкого у этого дома. Или пленка лежит неотсмотренная, забытая… Думаю, хранится и черновой материал съемок фильма.

Идею памятника Высоцкому нужно осуществлять методом народной стройки. Не сиюминутно, подчеркиваю. Привлечь к подтверждению исторических фактов таких профессионалов, как Владимир Заскока, Владимир Долецкий, Владимир Кропотов, Надежда Павленкова, коллектив краеведческого музея. Объявить конкурс среди художников. Часть средств, считаю, смогут заработать на маршруте экскурсоводы. Думаю, наш проект с удовольствием поддержат и люди экстремальных профессий и видов спорта: альпинисты, скалолазы, спелеологи, парашютисты, мастера дайвинга, которых немало в Евпатории. Потому что Высоцкий созвучен их душам. Если же найдется генеральный спонсор для этого проекта — ​вообще прекрасно.

Это же очень интересно — ​сделать и маршрут «Литературная Евпатория». В третьем по численности городе Крыма, в городе, где масса филиалов вузов, а библиотеки переполнены учащейся молодежью, такая идея — ​актуальна. И памятник Владимиру Высоцкому ее только украсит. Будущее Евпатории — ​за духовностью. Главное — ​не торопиться. Не гнать коней, дождаться интересного архитектурного решения, как сделали в свое время с памятником «афганцам». Он трудно и больно рождался. Но теперь я с чувством глубокого удовлетворения вожу экскурсантов и в район блочных пятиэтажек. Памятный знак Высоцкому тоже должен стать образцом подлинного художественного вкуса.

«Спасибо, что живой»

Особое отношение евпаторийцев к Высоцкому подчеркнула и прошедшая 1 декабря 2011 года во всех республиках бывшего СССР премьера фильма «Высоцкий. Спасибо, что живой».

Она была долгожданной, эта премьера. Первоначально запуск в прокат фильма, на протяжении периода съемок державшего в напряжении всех поклонников Владимира Высоцкого (читай — ​две трети населения постсоветского пространства!), был назначен на 25 июля 2011 года — ​день 31-й годовщины со дня смерти кумира миллионов. Затем миг его возвращения в «живую жизнь» перенесли на осень. Наконец, СМИ определились с датой. Особым теплом повеяло от полузабытого словосочетания «во всех кинотеатрах страны». В России, на Украине, в Белоруссии, Казахстане, Узбекистане, государствах Прибалтики выстроились очереди к кассам. Людей старше тридцати лет повлекла «в кино» неизбывная, щемящая ностальгия по исчезнувшей с карты мира Родине. Он снова объединил народ — ​так называемый «антисоветчик», песни которого и дворники, и секретари ЦК КПСС воспринимали образцом беспримерной любви к гордому, в любых обстоятельствах сохранявшему эталоны чести Отечеству…

Официальная премьера ленты «Высоцкий. Спасибо, что живой» и евпаторийцам позволила ощутить себя частью той, прежней общности «Если радость на всех одна, на всех — ​и беда одна». В VIP-зале кинотеатра «Ракета» по приглашению коллектива местного отделения «Крымкино», возглавляемого Натальей Журжой, собрался цвет городской интеллигенции: большинство заместителей городского головы, представители культурного бомонда и депутатского корпуса. Инициативная группа — ​Яков Гальперт, Виктория Серебрянская, Сергей Овчаренко — ​организовала презентацию мероприятия, изюминками которой стали уникальная хроника (Владимир Высоцкий во время съемок экранизации чеховской «Дуэли»), песня «Черные бушлаты» на фоне отснятых гитлеровцами кадров разгрома легендарного нашего десанта. Настроить душу публики на нужный лад призваны были слайд-шоу портретов и фонограммы Высоцкого, выступление барда Александра Сытника. Едва погас свет в зале, все отошло на задний план. Дыхание у многих зрителей всех возрастов — ​временами перехватывало, ком в горле — ​частенько вставал, слезы на глазах — ​периодически вскипали, пальцы — ​то и дело сжимались в кулак… Потрясенные лица, чистые глаза публики не поддаются описанию. Водитель вечернего такси предвкушал: «Завтра пойду на дневной сеанс… Мы ведь выросли на этих стихах и песнях!» Ученым, похоже, еще предстоит изучить феномен такой вот не имеющей аналогов в истории человечества безудержной тоски многоликого и многоязыкого народа по одному из безвременно покинувших мир людей…

А с момента, когда крымчане, прихватив с собой свой чемодан-полуостров, дружно переселились с Украины в Россию, и в истории возвращения Владимира Семеновича в Евпаторию начали происходить настоящие чудеса.

Вдруг, как по мановению волшебной палочки, бюст Владимира Высоцкого (на заглавном снимке) появился в Галерее великих людей России — ​бесспорной изюминке созданного художником Леонидом Захаровым под открытым небом Музея мировой скульптуры.

И так же «вдруг» мне по электронной почте однажды пришло письмо от давнего единомышленника, урожденного евпаторийца Якова Фоменко: «Татьяна, добрый день! Всегда помню, с каким интересом Вы относитесь к Балтеровскому проекту, с которым я продолжаю носиться. Но сегодня хочу узнать Ваше мнение по другому вопросу.

На днях состоялась историческая встреча в тихом московском кафе с архитектором Алексеем Комовым. Говорили о Владимире Высоцком. Идея увековечить память о великом поэте и актере в Евпатории давно витала в воздухе. И вот мы на этапе воплощения: уже заказан бронзовый барельеф на памятную доску. Заказ передан талантливейшему скульптору нашего времени — ​Константину Цихиеву. Алексей Комов благородно взялся выполнить эскиз проекта «в свободное от работы время», хотя точно известно, что свободного времени у него нет.

Яркий, солнечный фильм (Яков Фоменко говорит о картине «Плохой хороший человек». — ​Ред.), его обязательно надо смотреть. Высоцкий там сыграл мощно. Парадоксально, что для сегодняшнего дня [этот фильм], пожалуй, актуальнее, чем был тогда, когда снимался. Идеи решить общественные проблемы революционно — ​ликвидацией несогласных — ​оспаривает дьякон своей искренней репликой: «Как же это противно природе человеческой!..»

Мне удалось этим летом познакомить Алексея Комова <…> и скульптора Константина Цихиева.

В Севастополе Константин Цихиев создал памятную доску Высоцкому по заказу сообщества поклонников артиста. Я считаю, что доска гениальная. Главный застрельщик там Валентин Корниенко. Мы с ним знакомы с детства, играли в шахматы в одном турнире. Так вот, доска была сделана, а повесить ее пока не разрешили. Злоключений хватило. Даже к губернатору ходили…

Узнав об этом, Алексей Комов сказал, что на севастопольских архитекторов он повлиять не может, но мы, мол, быстрее сделаем доску в Евпатории. Барельеф заказали Константину Цихиеву… Быть причастным к сохранению памяти о Владимире Высоцком и прекрасном фильме, где он сыграл, — ​это нужное для души дело».

Надо ли говорить, что от такого известия душа запрыгала от радости на одной ножке? Неужели скоро можно будет сделать репортаж, упомянув и текст мемориальной доски: «В этом доме жил поэт и актер Владимир Высоцкий во время съемок фильма «Плохой хороший человек»?

Потрясающе оно — ​ощущение сбывающейся мечты…

Татьяна ДУГИЛЬ.

Опубликовано в газете «Евпаторийская здравница» №76 (19199) от 07.10.2016 г.